Page 82 - Солнечный ход

Д. Барабаш. «Солнечный ход»

Случай на Сухаревке

Глебу Кузьмину

В студенческие годы я некоторое время вместе с Глебом работал дворником на Колхоз-
ной (бывшей-нынешней Сухаревской) площади. Нам на двоих дали трехкомнатную служебную
квартиру в доме конца XVII века. Состояние квартиры соответствовало ее возрасту. Мы
потрудились, чтобы приспособить ее для жизни. В результате одна из стен превратилась
в коллаж из рваных страниц «Шпигеля» и еще нескольких буржуйских журналов, изобило-
вавших обнаженной натурой. В центре композиции находилась батарея теплосети, на кото-
рую мы поместили ренуаровскую репродукцию: голую бабу с огромным задом, а за батарею
воткнули банный веник. Стена получилась не только антисоветская, но и противозаконная.
Тогда за такую порнографию могли и выгнать из университета, и припечатать по УК.
Однажды ко мне приехали западные немцы (точнее немки), учившиеся в Пушкинском
(ГИРЯ).
Мы набили трубочку анашой и беседовали о вечном, как вдруг в квартиру ввалился крепко
выпивший товарищ (ныне очень известный журналист) и, не сумев найти общий язык со мной
и моими подругами, сильно осерчал. Так сильно, что побежал на Садовое за ментами. После-
довавшие за этим события и легли в основу этой зарисовки.

Ты был всегда немого строг,
когда сдувал с ладони осень.
Ты был, как памятник, серьезен
и безупречно одинок.
Ты, помнится, лепил бумажки,
чтоб скрыть с настенного панно
девчонок озорные ляжки
и нос сеньора Сирано.
Как будто вздумал извиниться
перед ментами Ренуар —
с трудом газетная страница
прикрыла офигенный шар
земной, невыдуманной жопы,
в натуре солнца в тыщу стрел
(Амура).
Ах, если бы узнали копы,
какой ты прятал беспредел!
Мы мирно покурили шмали
с врагами красного труда,
а ты решил, что нас поймали
и нам не избежать суда.
Ты был так мил в своем наитьи,
счищая полчища улик:
«Творите, ангелы, парите!
Я к вашим каверзам привык».
Ты выметал страну до кости,
до звона тротуарных плит.
Но не было ни капли злости,
82