Нарву ромашек с газона в парке. Тревожно и светло. У нас есть марки. У них есть евро. А у нас по-прежнему марки и небо. На проводах повисло солнце, попалось в невод. Скворцы сидят цепочкой тонкой, взлетают тучей, на горизонте, над горизонтом в сети паучьей, оптоволоконной. Поставь стакан с водой на подоконник. В один – ветку рябины, в другой – ромашки. Пластмассовая осень сошла с витрины в цветной рубашке. Немые гладкие манекены на эскалаторе. Я обожаю твои колени и солнце в кратере вулкана, взметнувшегося над Канарами – огненную медузу с черными щупальцами, сжигающими игрушечные дома. Самолёты, как листья с осины, падают, и имена. Осень танцует скворцами танго, волосы кружатся, ветер злит. Ты моя сказочная чужестранка, рядом все рушится и горит. Мы с тобой стиснем объятия ласковей и прорастем сквозь. Черные тени с тряпичными масками, пепел времени, в белом халате зловещий ВОЗ стращает ковидом, пандемией, тиражирует смерть на каждой пачке сигарет. Мы не одни. Есть еще другие. Точно были другие… Смотри на свет. сен 25, 2021 1:16:09am