Чуть-чуть из стареньких стихов. Сквозь жизнь, как сквозь стекло. Я все еще живу. Я все еще плыву сквозь тот янтарь по свету, и в крылышках моих – твоя ухмылка лету, как радуга губам, улыбка ноябрю. Других мгновений нет – прекрасны как одно. Остановить бы все и замереть, как муха. Но солнце пленку жжет и вертится кино, и луч его незрим, как воплощенье духа. *** Баю-баюшки, Россия, спи родная, засыпай, чтоб какой-нибудь мессия не увлек тебя за край, чтоб какая-нибудь песня не свела тебя с пути, чтобы длила сон воскресня, спи родная, не блуди. В нашей русской колыбели всех, кто ляжет почивать, отымея во все щели, медом будут поливать, хороводами сударить и боярушкой рядить, устилать шелками память, в темный омут хоронить. Спи, великая Россия, тешь кладбищенскую тишь. Голоси не голоси я, не проснёшься - не проспишь. *** В оркестре труб фальшивящих и скрипок, которому партер свистит «на бис», один рожок, застенчив, тих и хлипок, над суетой клокочущей завис. Один рожок выдерживает ноту и помнит все спирали прежних гамм, но навивает вялую дремоту на кавалеров и прекрасных дам. *** Плох тот поэт, которого эпоха как повариха кутает в муку и месит, месит, добиваясь прока, приятного кому-то наверху. Плох тот поэт, которого как глину, плашмя бросают на гончарный круг и поднимают, выгибая спину, и выжимают из последних мук. А вот когда эпоха словно тесто и можно резать рюмкой кружева, то там – искусство. И поэту места не остается – всё слова, слова… *** Что-то судьбы в последнее время не клеятся. Косяки развязок, сюжетных сплетений рвань, словно мертвые бабочки сыплются вниз из сказок, как шары сквозь лузы об кафель бандитских бань. Мне б сплести интригу, роман навить, по узору жизни далекой пустить канву. А кругом цари – по уму что челядь, да вельможи знатные, выросшие в хлеву. И вот с этой сворой царей да рыцарей, да вприпрыжку с ними прекрасных дам я сижу один над вымерзшими страницами – вычисляю выживших по следам. ноя 17, 2021 10:10:07am