Мадонны Боттичелли по четырем сторонам квадратного глобуса. Небо – вода. Земля – тело. Неосторожный Серафим спутал карты материков, чтобы не оставить места посмертным угрызениям, улыбаясь глазами Логоса в лица пламенных дураков. А говорили: не упадет и волоса с напомаженных париков. Ни один корабль не вернется с тех берегов. Ни один алхимик не создаст золото из свинца. И не будет тому, чему нет начала – конца. На досках Босха Земля плоская. Опрокинь картину и полоска острая станет лезвием горизонта. Моё детство прошло за забором военного гарнизона, где поребрики прямы и крашены белой известью, газоны пострижены, на асфальте – ни трещинки. Если б вы только знали, какие там прогуливались Мадонны, какие там жили женщины! Жёны и дочки военных лётчиков, улыбчивых, стройных, отважных, как Серафим заносчивых. Ворота – на четыре стороны света: Север, Юг, Восток, Запад – по ним я учился ориентироваться в геопространстве квадратного глобуса, спотыкаясь о губы и дуги лукавого Логоса. Видел, как выпадают волосы из головы отца, как уезжают на дальние берега и возвращаются, как делают золото из пустоты, и тому, чему нет начала навязывают черты. По ночам из подземных ангаров на краю аэродрома раздавался ужасный гул, сам Вельзевул дул в турбины могучих МИГов и СУ, прогревая двигатели. Секретный объект, видите ли. Днём наступал рай. В магазины завозили дефицитную колбасу, шпроты и мандарины. На воротах зорко дежурили круглосуточно вооруженные гардемарины. Теперь Земля круглая, а той – молодой нет и в помине. июн 17, 2022 9:34:45pm Дмитрий Барабаш написал в хронике Lada Raskol